Краски джаза

Ирина Тимофеева, "Ведомости"

Данила Меньшиков любит открывать в себе новые пространства. Он рисует завораживающих инопланетных див с готическими шеями, которые едва уловимо «рифмуются» с земными образами, но находят себе реальных прототипов. Вместо багетов он временами пользуется досками из деревенских заборов. На этот раз художник открыл в себе экскурсовода и познакомил любопытствующих с тайнами своей мастерской.

Здесь созревают картины

Мастерская Данилы Меньшикова такая же стильная, как и его картины. На полу у мольберта — чудная фактура из случайно разбрызганной краски. Сверху уголком свисают рамы. По стенам — «память»: записки, афиши, рисунки младшей дочери. «Порой кажется, что это хлам, можно его и выбросить. Но меня это питает, — рассказывает Данила Меньшиков. — Предметы рождают истории. И эта история может быть выражена не в одной картинке. Например, вот кофемолка. Она старая, сейчас ей никто не пользуется. Хотя она в рабочем состоянии. Можно смолоть кофе из зернышек. На мой взгляд, это символ. Все в жизни идет по кругу. И все перемелется… Рождается целая философия».

Когда затихает транспорт и люди перестают забегать на огонек к знакомому художнику, Данила Меньшиков берется за кисти. «Думаю, в этом я не одинок. Многие имеют привычку сосредотачиваться по ночам». Но сейчас, впрочем, ночные бдения в мастерской происходят редко. Если удается сосредоточиться и отработать ночью на всю катушку, следующий день можно вычеркивать из жизни…

Под потолком, прислонившись друг к дружке, спят картины, которые пока, в отличие от своих более быстрых собратьев кисти Данилы Меньшикова, не попали ни в зарубежные частные коллекции, ни в сибирские музеи. Пока еще не попали — ждут своего часа. «Иногда достаю их и думаю: какие классные картинки! — улыбается художник. — Что же я их туда затолкал? И запускаю их в жизнь… Может, и хорошо, что лежат. Созревают».

Династия Меньшиковых

В этой мастерской Данила Меньшиков вырос — в буквальном смысле. Здесь работал его отец, скульптор Михаил Иванович, о чем сейчас свидетельствует памятная доска у двери мастерской. А они с братом Сергеем, тоже художником, здесь постоянно крутились, росли, впитывали атмосферу. Скульптурами Михаила Меньшикова Данила и по сей день гордится: в сквере Героев революции стоят бюсты работы его отца, а вот аллегорические фигуры на фронтоне ДК Горького, увы, сняли для реставрации 15 лет назад, да так и не вернули назад.

Так получилось, что и дети Данилы Меньшикова, а их у него трое, не лишены художественного гена. Сын — дизайнер. Дочка — менеджер дизайна. А младшая в этом году пошла в школу и очень любит рисовать. «Все дети гениальны, пока их не начинают учить, — уверен Данила Меньшиков. — Как только объяснят, что такое линия горизонта, все творчество исчезает».

Один из немногих людей, чьему мнению Данила доверяет, — брат Сергей. «Мы с ним друг другу больше помогаем, чем конкурируем. “Ух ты, здорово сделано! А я еще лучше сделаю”. Вот на таком уровне у нас с ним конкуренция. Художники, как правило, друг другу не говорят плохого. Или промолчат, или похвалят. А критика в жизни важна».

Поток сознания

«В каком бы материале ты ни работал, все равно идешь в одном направлении и всю жизнь решаешь те пластические задачи, которые считаешь важными. Какими средствами ты это делаешь, не так важно», — считает Данила Меньшиков. И с этим нельзя не согласиться. Он верен себе и узнаваем в разных качествах. И в роли иллюстратора детских сказок, и в роли изобретателя новых изобразительных техник.

Книжной иллюстрацией он начал заниматься в студенчестве, а сейчас констатирует печальный факт: «В Новосибирске если и выпускают, то детективы, как правило, на плохой бумаге. Серьезных иллюстраций там вообще не требуется. Это поток, в котором нет места художнику. А книга — дело серьезное. Это надо сесть и минимум на полгодика выключиться. Чтобы сделать достойную, настоящую вещь. Халтурить мне неинтересно». Был период в его творчестве, когда он увлекался офортом: «Это вредное производство, требующее большого оборудования, хотя и очень красивое». Сейчас он занимается графикой, которую регулярно выставляет. Но огромное удовольствие у него вызывают занятия так называемой авторской техникой, которая возникла из занятий офортом. «Когда валами накатываешь краску на печатную форму, на камне получаются красивые дела, которые жалко смывать. Я стал делать это на бумаге. И организовал не одну выставку. Это джазовые вещи, поток художественного сознания. В этой технике мне нравится случайность. Получаются совершенно неожиданные цветовые сочетания — сам дивишься. Из них рождаются новые образы. И цветовые отношения начинаешь потом применять осознанно».

На вопрос, есть ли те, кому он хотел бы передать секрет своей техники, Данила Меньшиков отвечает, возможно, в разрез с надеждами экскурсантов, но честно. Учеников у него нет. Он преподавал в Новосибирске, куда вернулся после десяти лет скитаний, вооруженный максималистским желанием сделать родной город хоть чуточку краше. Но вскоре понял, что преподавание, основательное, нехалтурное, забирает слишком много сил. И на работу в мастерской их уже не остается. И он сделал свой выбор в пользу того, что умеет делать. Творить. Выбор более чем достойный.

Даниил Меньшиков

Известный сибирский художник, выпускник Московского государственного художественного института им. В.И. Сурикова. Работает в самых различных жанрах: живопись, графика, офорт, акварель, гуашь, темпера, акрил, смешанная и авторская техника. Живописные и графические работы художника широко представлены в различных российских и зарубежных галереях и художественных салонах. Участник множества художественных выставок в городах Сибири, Москве, Санкт-Петербурге, а также городах Европы.

Газета «Ведомости«

Комментарии запрещены.